Южно-Уральская Ассоциация генеалогов-любителей. Город Челябинск 
 
 
 
 
 
Главное меню
Главная страница
Первый шаг в генеалогии
Союз краеведов и генеалогов Урала и Зауралья
Газета "Союзная мысль"
Музей "Дети войны"
Об Ассоциации и о нашей библиотеке
Лидеры Ассоциации
Гость Ассоциации
Краеведы и генеалоги Курганской области
Краеведы и исследователи Оренбургской области
Исследователи Свердловской области
Краеведы и генеалоги Челябинской области
Летописи Курганской области
Летописи Челябинской области
Летописи Приуралья
Лучшие статьи журналистов
Забытые слова
Старообрядчество на Южном Урала
Территория Оренбургского казачьего войска
Народное творчество
Экологические бедствия Челябинской области
Работа сайта
Контакты
Поиск
Содружественные сайты
Гостевая книга
Баннеры
Авторизация





Забыли пароль?

Rambler's Top100
Главная страница arrow Чесменский район arrow История одной судьбы
История одной судьбы

Атланта - Березиновка : история одной судьбы

Наши земляки живут и за океаном.


 

Все же, как тесен мир! И хотя нас уже на Земле больше шести миллиардов, каждый, наверное, сталкивался  со своими земляками, родными и близкими за тридевять земель от родного дома. Тесноту мира  особенно остро человек стал понимать, освоив Интернет. Там, во всемирной паутине, можно найти всех и вся. Собственно так и произошло мое заочное знакомство с нашими земляками. Просто набрал в поисковике «Березинка», а машина мне  выдала ссылку на сайт известного российского писателя Льва Рахлиса, который вот уже более  десяти лет живет в США.

  Оказалось, что Лев Яковлевич - зять  уроженки станицы Березиновской Евдокии Николаевны Кузнецовой, судьба которой, пожалуй, это яркий пример того, что пришлось пережить России в ХХ веке.  Эта  простая русская женщина, волею судеб оказавшаяся в Америке в начале 90-х годов, никак не могла привыкнуть к этой необычной для себя стране и постоянно смотрела куда-то вдаль, где по ее представлениям находились ее дорогая Россия, юная Магнитка, родное село Березиновка, о чем она никогда не забывала.
Воспоминания о матушке-Родине были для нее, как свет в окошке.
  Благодаря стараниям близких людей бабы Дуни, сегодня мы имеем уникальную возможность соприкоснуться с судьбой этой удивительной женщины. На протяжении нескольких лет Лев Рахлис бережно записывал воспоминания  нашей землячки не только на бумагу, но и на видеопленку. Результатом этого стал своеобразный документальный фильм, который, наверное, можно было бы назвать «О времени и о себе».

  Евдокии Николаевны не стало в  2005 году. А память о ней живет.  И публикуемые ниже воспоминания - это ее своеобразный привет землякам не только из-за океана, но и из прошлого тоже. Итак, слово бабе Дуне.



« Я - Кузнецова Евдокия Николаевна, родилась в деревне Березинка Чесменского района  26 февраля 1917 года. Отец мой, Кузнецов Николай Николаевич  работал в сельсовете секретарём, а мама Прасковья Михайловна, в девичестве Подкопалова, была домохозяйкой. Брат Василий тоже родился в Березинке.

  Мамы я лишилась рано, когда мне было 6 лет. Ее  в погребе придавило обвалившейся глиной, после этого она, недолго проболев, умерла. А папа на второй женился. Звали ее Ксенией Петровной Козловой.  С ней у нас отношения поначалу не сложились. Отец, правда, любил меня. Помню, как все время я у него в коленях стояла. Когда выпьет, зовет меня: «Дунюшка! Играй мне!»

 Я тогда на балалайке маленько баловалась, на трехструнке. Вот и играла-трынь да брынь. Барыня-сударыня.

  А когда побольше выпьет такую песню пел:

«... Командир - наш отец,

Мы совьем ему венец.

Мы совьем ему венец.

Из своих чистых сердец...»

  А в 33-ем я,  как и другие березиновские девчата, пошла пешком в Магнитку, чтобы какую-никакую профессию получить. Стройка, ведь, там была всенародная. ФЗУ закончила на огнеупорщика. В мартеновском цехе стала работать. Тяжело было. А жара стояла, как в парной.

  Как-то прибегает мастер и говорит:

- Девчата, прихорошитесь, как следует - Серго приехал.

- Какой такой Серго? - спрашиваем.

- Нарком тяжелой промышленности. Вот кто. Серго Орджоникидзе

И правда. Не успели прихорошиться, а он - тут как тут. Заходит, значит. Среднего роста, в зеленой форме, в сапогах.

- Здравствуйте, девчата! Ну, как вам? - спрашивает.

- Тяжело, товарищ нарком, - отвечаем. - Куда-нибудь бы в другое место, где полегче.
- А куда вы хотите?

 - Куда-нибудь, лишь бы не в этом пекле.

 - Хорошо, - сказал Серго, что-нибудь придумаем.

  И, правда, вскоре нас, девчат, перевели на более легкую работу. А еще нам выдали ботинки, так как большинство из нас ходили вообще босиком.

   После этого я пошла учиться поварскому ремеслу. Пожилой мастер учил нас, как чего варить. Я очень хорошо шла по супам. Закончила курсы на «отлично»,  и меня направили готовить пищу для командирского состава. Потом меня наградили патефоном и отрезом материала на платье за хорошую работу.
 
В 36-ом вышла замуж, но прожила с мужем недолго, пил он.

  Помню, как отец  с мачехой к нам в Магнитку приезжали. Я уже замужем была. Привезли моей мамы родной шмутки. Сундучок кованый, в нем материал-сатин, мать хотела сшить одеяло. У мачехи уже к тому времени лялька была от отца. Они, знаешь, как приехали? Корову запрягли. Черная корова была, мачехина. Из Березинки в Магнитку верст сто, а то и поболее будет. Они в основном пешком шли, а корова шмутки разные везла на телеге. Вот отец со мной и повиделся, а заодно и с зятем, мужем моим. Помню, как фотографировались. Отец стоит, мачеху за плечо так держит. Сколько ему было? Лет пятьдесят, наверное. Был один киноактер - вылитый отец, так же подстриженный. Прямо копия. Фамилию не помню. А потом домой, в Березинку - опять же на корове.
Попрощались. Проводили, как положено. Отец, хоть и крепкий был на слезы, прослезился немного. Как-никак, я его любовь - дочка. Может, чувствовал, что больше не свидимся.

  Тогда жилось  весело, но и тревожно. То одного арестуют, то другого. В 37-ом я получила из Березинки письмо от мачехи, мол, приезжай, Дуня, срочно, отца взяли по политической линии. Кроме него арестовали ещё несколько деревенских. Мы жили очень бедно и не могли понять, за что его взяли.

  Вернулись в деревню, но отца уже не застали. Их увели пешком к Варне, на станцию. Тамерлан. Брат писал во все инстанции, посылали посылочки, но ниоткуда и ни от кого ничего не пришло в ответ. Потом одного селянина отпустили, и он сказал, что их всех согнали в маленький домик на станции. Брат поехал проведать отца. Свидание разрешили.

Отец был худой и бледный. Больше об отце мы ничего не слышали. Куда его сослали, и когда он умер, и где его могила, мы так и не узнали.

  В деревне узнали, кто «настучал» на отца и других мужиков. Это был Мурзин - отец мужа моей подруги Фроси. Когда селяне об этом узнали, они решили отомстить ему и утопить его в болоте. А Мурзины, видимо опасаясь мести земляков, уехали из деревни. С Фросей мы встретились уже гораздо позже, в 1957 году, в Челябинске. Ее муж, когда  узнал, кто мы, попросил нас уйти.

  Вот так мы лишились сначала матери, а потом и отца. Мачеха жила долго в Наталинке, умерла в 93 года.

 Брат Василий  был на партийной работе в Березинке, но продолжал поиски  сведений об отце. Руководству это не нравилось, и они убрали его с партийной работы, а затем и исключили из партии. Он очень переживал по этому поводу, что так и не смог ничего об отце узнать. Где-то в 1955 он покончил с собой. Похоронен в Березинке.

  А я потом переехала в Атбасар, второй раз вышла замуж за Алексея Лукича Крюковского, работавшего машинистом паровоза. Я и сама устроилась кочегаром на паровоз. Там родилась у меня дочка Тамара. С мужем мы прожили 14 лет. Потом мы с дочкой вернулись в родную Березинку.

  Устроилась там поваром, но долго не проработала, т.к. у меня обнаружили недостачу. Мне было так обидно! К моим рукам никогда ничего чужого не прилипало, а тут недостача. Ревела я от обиды, а  мне начальство сказало: «Ты, Дунюшка, слишком вкусно готовишь и бросаешь в кастрюлю больше индигриентов, чем положено, отсюда и растрата, но, правда, небольшая».

   В 1957 году моя дочь Тамара познакомилась в Березинке со Львом Рахлисом, тогда ещё молодым студентом Челябинского института, который приехал в деревню на сельхоз работы. Лев убедил нас, чтобы мы поехали в город Челябинск, чтобы Тамара могла получить образование. И мы в этом же году переехали в Челябинск.
Здесь в Челябинске в 1959 году они поженились.
Я всю жизнь прожила с ними.

  В 1993 году родственники Льва пригласили в Америку.  Так я и очутилась на старости лет в США...»

 На этом воспоминания Евдокии Николаевны обрываются.  В ее дневнике, где она по настоянию дочери должна была отмечать свое самочувствие, уже после смерти бабы Дуни, родственники обнаружили такие слова:

«...... Незабываемая Родина-матушка, Россия березовая! В 75 лет я тебя бросила. Сейчас мне  - 88. Прости меня!..»


...Помолчим, читатель. Помянем добрым словом  эту мудрую женщину. А в ее лице и миллионы других  женщин, которые на своих хрупких плечах вынесли столько испытаний.

  Наши бабушки несли свой тяжкий крест, но при этом умели  радоваться незамысловатым радостям  тяжелой жизни.

  Они уходят. А мы, ссылаясь на свою вечную занятость и заботы, порой отмахиваемся от них, не желая даже расспросить о здоровье и жизни. Нам все кажется, успеем.  И как всегда, опаздываем....


Егор Дубинин

 
« Пред.   След. »

 
 
Летописи Челябинской области
Карты Челябинского уезда (области) в разные годы
Челябинск
Златоуст
Агаповский район
Ашинский район
Карталинский район
Каслинский район
Красноармейский район
Саткинский район
Сосновский район
Троицкий район
Чебаркульский район
Чесменский район
Случайное изображение из галереи
Сейчас на сайте находятся:
61 гостей
 
 
 
                
© 2008-2013 Южно-Уральская Ассоциация генеалогов-любителей. Город Челябинск
При использовании информации ссылка на сайт http://www.uralgenealogy.ru/ обязательна.
Сайт работает на Joomla! Создание сайта - WEBSTRO STUDIO. Дизайн: Rami Ben-Ami, ВЕБСТРО